Leni_Onnellinen
"... Есть 2 вида любви. Можно сказать, что их гораздо больше, - 22, 222, столько же, сколько влюблённых, - но на самом деле от участи не спрячешься. С одной любовью можно ещё что-то сделать, с другой - ничего. Одна протекает мирно и счастливо, начинаясь знакомством в своём уютном и привычном кругу. Затем - медленное движение друг к другу, наилучшие пожелания близких, возрастающая взаимная приязнь и, наконец, привычка. Другая обрушивается внезапно, со всей катастрофичностью непрошеного счастья, со всем жаром мгновенного узнавания, - обрушивается, не щадя и не спрашивая, не дав ни опомниться, ни защититься от неизбежности.
Первая заканчивается благополучно - венчанием или добропорядочными совместными уик-эндами с выездами за город или к общим друзьям. Так или иначе - этот поезд идёт по графику.
Вторая неуправляема, как бешенный экспресс без машиниста, рушит семьи, опрокидывает надежды, обо всём заставляя забыть, на всё блаженно махнуть рукой, - и никогда не доводит до добра. Мечтая о такой любви, мечтай обо всём, кроме благополучного финала, - ни к чему себя растравлять несбыточными надеждами. Рано или поздно любящие, вырванные каждый из своей жизни страстным неумолимым притяжением, усталые и сломленные, вернутся на круги своя. Вокруг - мир, навсегда лишившийся красок, унылый пейзаж катастрофы, с корнем вывороченные деревья, клочья травы, остовы сметённых зданий, под безнадёжным, бесцветным небом, которому уже не засиять.
Эта страсть не проходит безмятежно: в безмятежности нет страсти. Если судьба из милости заранее устранила барьеры, не обременив любящих семьями, нищетой или робостью, любовь воздвигает препятствия сама себе, мучит, изводит, сводит с ума обещанием невыносимого счастья, за одно мгновение которого двое беззащитных безумцев отказываются от всего, кроме друг друга. Мир становится враждебен им в ту же секунду, как на беду свою они впервые встречаются взглядами - на случайной вечеринке, на автобусной остановке, в убогом кафе на окраине. Не ждите, чтобы благополучные любовники вызывали такую ненависть - их проводят добродушным подмигиванием, поощряющей усмешкой. Но благополучные любовники не знают такой страстной, изводящей тяги друг к другу, заставляющей забывать о любых приличиях в баре, картинной галерее или мебельном магазине, - пусть смотрят, пусть завидуют втайне, ибо втайне о миге безумия грезит каждый.
Благополучных влюблённых тянет друг к другу, ибо их жизни изначально похожи. Так любят пастух и пастушка. Их сплачивает общая любовь - не друг к другу, а к покою, рассчитанному бытию и надёжной почве под ногами. Не так у внезапной, сумасшедшей любви, выбирающей жертвы наобум. Принц и нищая, странствующий рыцарь и жена дровосека, у таких влюблённых почти ничего общего, кроме какой-то одной, потаённой, самой болезненной струны, вроде книги прочитанной в детстве, или парка, мимо которого они бегали в школу. Их ничего не роднит, кроме единственной, никому не известной черты, - кроме которой, оказывается, ничего никогда не было.
Такая любовь срывает любые маски. Один всегда был повелителем, другой - втайне - всегда жертвой. Их встречи коротки и случайны, ласки ненасытны, во время дневных разговоров или блужданий всё напоминает им о ночах. Постель - их крепость, их дом, их последнее и единственное пристанище. Этого не было и не будет ни с кем другим - только сейчас, пока их страсть запретна и будущее неясно, хотя оба догадываются о худшем. Они знают, что судьба глядит за ними пристально, пристальней, чем за любовниками-друзьями, благополучными партнёрами о обоюдно признанной паре.
Обречённые любовники знают, что время их коротко и будущее печально. Они торопятся прожить отпущенный миг так, чтобы обнищавшим, смирившимся, изломанным и опустошённым, им было что вспомнить.
Эта любовь изобретает свои словечки, клички, условные знаки. Она, как может, отгораживается от мира, никого к себе не подпуская. Эта любовь - объект презрения и насмешки. Она опустошает и губит. Она калечит. Она сродни смерти. Двоим, предзнаменованным друг для друга, - лучше никогда не встречаться.
Но только это и зовётся любовью. Всё остальное, что претендует на её имя, - подделка, жалкий заменитель для бедных, утешение для тех, кого не задел ураган. Пусть себе думают, что любят. Мы знаем..."
J. Lowton. 9 1/2 Weeks.